про нашу маленькую сучку. Телка, что надо, давно я таким не спускал!
Он достал из сумки на полу камеру и установил ее на штатив. – Приступай, Деррик, только попку не рви, оставим на потом.
Когда я увидела здоровенный черный член этого негра, я так испугалась, что соскочила с кровати, попыталась убежать, но меня, естественно, схватили и бросили на кровать. Деррик кинулся на меня сверху, раздвигая мне ноги. Он попытался толкнуться в меня своим членом, но он просто не входил, от страху я вся сжалась.

Тогда он облизал два своих толстых пальца и всунул их в мою киску, принялся трахать рукой, я стонала от каждого движения. Когда в меня стало входить уже четыре его пальца, он вытащил их и резко вбил в меня член, мне показалось, что он где-то у меня в животе.
Он стал яростно долбить меня этим чудовищем, растягивая мою нежную девочку до размеров, которых она прежде не ведала, заставляя меня морщиться и судорожно ловить воздух ртом. Негр сопел и рычал надо мной, работая как отбойный молоток, стараясь все грубее и глубже проникнуть в меня… Когда я почувствовала первый удар в матку, то завизжала, слезы сами хлынули из глаз.

- Не надо меня так, мальчики, больно, больно! Пожалуйста, не надо…!
Сама не знаю откуда, вдруг вновь появились силы вырываться, и я принялась царапаться и дубасить по черной махине, нависшей надо мной, но все было без толку, возможно, это лишь сильней распаляло его, как и белого, не отходившего от камеры позади нас.
- О да, визжи, рычи, девочка! Срывай голосок, как все трахнутые самки, - я слышала его тяжелое дыхание и явное удовольствие в голосе. – Блин, Деррик, ты ее всю загородил, не видно ни черта, ставь ее по-собачьи!

И меня перевернули, поставили на четвереньки, делая мою текущую, горящую огнем дырочку еще более доступной для громадины моего насильника. И этот незваный гость немедля вновь ее протаранил, заставляя набухшую матку сжиматься глубоко внутри…
Я уже потеряла надежду, на то, что он скоро кончит, когда неожиданно на помощь мне пришел белый, оторвавшийся, наконец, от своей камеры и расположившийся на кровати передо мной.
- Черт, какие у нее дойки, как трясутся… - он схватил мою раскачивавшуюся от сильных толчков грудь и потянул на себя, сжимая.


– Нравится тебе ебать такую молоденькую бело-розовую красотку, а, здоровяк? Вижу, что нравится… Ну-ка приподнимем ее, не лишай и меня удовольствия…
Он поднял меня за плечи, заставляя встать на колени, спиной распластавшись на торсе трахающего меня сзади негра.
- Шикарная… И с такими дойками… - он вновь сжал мою грудь, дергая ее за соски, будто коровье вымя. Соски, как обычно, прореагировали на мужские пальцы и тут же сжались в твердые холмики.

- Нравятся, когда с тобой играют, крошка? – он не унимался. Твой хахаль-задрот долго хвастался, какая ты горячая штучка. Что, общество нашего Деррика не располагает? Даже
не приласкал малышку, животное… - усмехнулся он, и с этими словами его рука вдруг опустилась вниз, туда, где черный продолжал грубо трахать меня. Пальцы проникли под раздвинутые губки и принялись теребить против моей воли набухший клитор. Вторая рука не оставляла мои соски.

Под его пальцами я забилась сильнее, потому что не желала, не хотела поддаваться непрошенным ощущениям, считая это еще большим унижением. Но мое тело, насаженное на большой, поршнем двигающийся член, горя под умелыми пальцами и взглядом второго похитителя, больше мне не принадлежало… Женская сущность уже сдалась на милость насильников, и видела в них теперь .не пугающих преступников, а мужчин, которым хотела принадлежать и безумно отдаваться, сгорая от огня желания.
Я и сама не замечала, как мои стоны изменились с высоких и беспомощных на протяжные и глубокие, как изогнулась спинка, бедра сильнее прижимались к горячей черной коже Деррика, ловя каждый толчок, клитор трепетал под искусными пальцами, а боль внутри меня теперь граничила с наслаждением, все сильнее захлестывающем меня.

Скоро белый оттянул меня за волосы вниз, и я с готовностью подчинилась. Перед моим лицом раскачивался его член с блестящей капелькой спермы на крупной головке. Не знаю, либо я уже была готова на все, или мной еще двигала благодарность, но я сама открыла ротик и принялась теребить его губами, а потом обхватила рукой и стала сосать, не скрывая стонов и не забывая работать язычком.
-

Рейтинг: (+255 | -146)