Воспоминание матери

Иногда полезно и приятно пообщаться с матерью по душам, выслушать её не перебивая, даже когда тебе всего восемнадцать.
Мне было десять, а матери тридцать, когда от нас ушел мой отец, поделив в суде не только совместно нажитое имущество, но и квартиру. Поэтому вскоре после бракоразводного процесса мы с матерью стали жить в однокомнатной квартире. Об истинных причинах развода, я только догадывался из участившихся скандалов между родителями, мать обвиняла отца в супружеской неверности, при этом ему не чем было возразить, чтобы опорочить и мать. К настоящему времен, когда произошли события описанные ниже, у меня уже сложилось мнение о непорочности матери, и я считал её порядочной, серьезной женщиной стойкой перед похотливыми мужиками, однако в моей памяти всплывали, моменты из раннего моего детства, странного и не понятного её поведения.

Мать сама завела откровенный разговор со мной, ударившись в воспоминания, после того, как я застал её пьяной и голой, трахающейся со своим коллегой по работе в нашей комнате на диване. Выслушивая её оправдания и извинения, после того как её коллега поспешно удалился неудовлетворенным из нашей квартиры даже не сняв презерватива, я продолжал рассматривать обнаженное тело матери, так и оставшейся лежать голой на диване, чувствуя, как она из бесполого существа, превращается в сексуальную женщину, будоражащую и возбуждающую во мне половое влечение к ней. Её бесстыдство наготы передо мной, естественной для пьяной женщины застигнутой в более страшном позоре, при совокуплении, чем обнаженное её тело, наталкивало меня на мысль о её податливости и похотливости.
- Я все хорошо понимаю, и не осуждаю тебя, просто я вернулся не вовремя, не каждый же день в восемнадцать лет сталкиваешься с подобным. Мне надо было незаметно удалиться, и подождать пока вы закончите, но я растерялся, так что это ты меня прости и не сердись на меня. – произнес я не своим голосом от застрявшего кома в горле, начиная отходить от шока, в котором я пребывал, едва мать запнулась - Кстати, а ты отцу изменяла?

Я задал этот вопрос не только чтобы сменить тему обоюдных извинений, но и посчитав, что это более удобный момент, когда повзрослев наконец можно прояснить свои догадки, от проблесков памяти не понятных событий из раннего детства.
- Ты ни чего не помнишь? - на этот раз на лице у матери появилась улыбка смущения, но не за свою наготу, а за воспоминания, затем добавила отвечая на свой же вопрос – ну да, ты еще совсем маленький был и ни чего не понимал.
В затянувшейся паузе, мать словно припоминала все подробности, а затем лукаво сверкнув глазами, в благодарность за мое понимание начала откровенный рассказ, не сомневаясь, что все рассказанное ей останется только между нами двоими.

- Если понятие измена, понимать, как удовлетворенность обеих любовников, то я первый раз изменила твоему отцу, как не странно, с тобой – проговорила она расплывшись в застенчивой улыбке, и заметив на моем лице недоумение, пояснила – это когда обои кончают, а не так чтобы кончил только один.
Хотя я мало что понял, однако в знак понимания утвердительно кивнул головой.
- Ну дядю Сашу, нашего соседа по старой квартире ты должен помнить. У него тогда своя машина была. Вот он нас с тобой и повез летом на ней в деревню к бабушке. Только до деревни он нас не довез, а в лес свернул и остановился в безлюдном месте, он еще тот кабель был. Тебе тогда шесть лет было, ты еще не понимал и не обращал внимание, когда я с ним еще в машине начала в губы страстно сосаться в засос, тебе часто приходилось видеть, как я целуюсь с твоим отцом, вот только не знал, что этого нельзя делать с чужим дядей. Потом ты по полянке за бабочками гонялся, а дядя Саша меня уговаривал отдаться ему и облапывал не обращая на тебя внимание.

Я сначала не соглашалась, стеснялась при тебе еб*ться с чужим мужиком, но дядя Саша был так настойчив, и не только орудуя своими руками у меня уже в трусиках, но и на словах. Мне пришлось уступить ему, чтобы не тащится с тобой и тяжелыми сумками по лесу до самой деревне, к тому же представив, что меня будет ебать чужой дядька у тебя на глазах, я почувствовала какое-то вожделение и еще сильнее возбудилась. Я уже практически не оказывала дяди Саше ни малейшего сопротивления, когда мы с ним снова стали страстно

Рейтинг: (+243 | -175)