Два в одном

С Сашенькой я познакомился на выставке. Причина, по которой я обратил на нее внимание, была банальной: Сашенька - потрясающая красавица. Она была чем-то похожа на дивно прекрасных юношей с картин на античные сюжеты - Аполлона, Гиацинта, Нарцисса и др., - хоть при этом была и очень женственна. Таких черных глаз, такой густой гривы кудряшек, такого тонкого живого личика я не видел давно, а если честно - вообще никогда не видел. С девушками я знакомился туговато, но тут сказал себе: упустишь ее - не простишь себе никогда. И превзошел себя...

С выставки мы шли вместе. Сашенька была обворожительна до безумия. Я блистал, как умел, и Сашенька смеялась: я имел успех. Она оказалась младше меня на восемь лет, но была такой умненькой и необычной, что я чувствовал себя, как золотоискатель, откопавший слиток. Она даже разрешила мне провести ее домой, только при этом очень просила меня не влюбляться в нее. Она улыбалась, когда говорила это, но я уловил в ее голосе серьезную нотку.

У меня ничего не получилось: через пару дней я был смертельно влюблен. Саша, к моему восторгу, явно отвечала мне взаимностью, что страшно смущало ее: на все шаги сближения она шла, будто подчиняясь неизбежному. Это добавляло в нашу любовь какой-то роковой таинственности.

Было лето, стояла жара, и я пытался затащить Сашу на пляж. Обычный, не нудистский. Саша категорически отказывалась. Она также отказывалась раздеться для меня и со слезами на глазах просила "остаться только друзьями", хоть мы к этому времени упоенно целовались взасос и облизывали друг друга, как котята. Меня обижало это, но я видел, что между мной и Сашиным телом стоит какая-то тайна.

У Саши были и другие странности: иногда она говорила о себе в мужском роде: "я сделал", "я пошел" и т.д. С ее хрупкой женственностью это выглядело очень обаятельно, и я стал называть Сашу "мой зверек" или "мой заяц". Еще Саша нередко обращала внимание на женскую красоту, говоря мне: "а как тебе вон та? а вот эта?" Честно говоря, все они и рядом с ней не лежали, о чем я честно и говорил Саше, - а она возражала, подробно описывая, чем хороша та или иная девушка. Я же не видел никого, кроме нее.

Сашина мама отнеслась ко мне очень благосклонно, хоть Саша была еще несовершеннолетней - ей было всего 17, - и явно возлагала на меня большие надежды. Это было странно: за Сашей должен был быть длинный хвост хахалей, - да так оно и было: не раз и не два я отшивал ухажеров, которые липли на нее, как мухи на мед...

Однажды, спустя месяц после нашего знакомства, мы так одурели от ласк, что мне все-таки удалось обнажить Сашульку по пояс. Увидев ее груди, которые столько снились мне - большие, нежные, умилительные - я впал в экстаз и зацеловал их так, что Сашенька взвилась под потолок. Она откровенно кричала от желания, но... категорически отказывалась раздеваться дальше. Я, пересилив искушение обидеться, обнял Сашу и нежно, как мог, попросил ее обнажиться для меня. Я сказал: если она не хочет секса, я ни за что не буду принуждать ее; я могу утолить ее желание оральными ласками, могу вообще не трогать ее, если ей не хочется, - но пусть она покажет мне себя голенькой. Саша заплакала, оделась и убежала.

Правда, по дороге она позвонила мне и попросила прощения. Я, не столько обижаясь, сколько не понимая, попросил все рассказать мне. Я ведь видел, что Саша очень хотела любви... Она сказала: если я раздену ее - моментально разлюблю. И наотрез отказалась говорить, почему.

Следующие три дня я провел в мучительных догадках - что с Сашей? Изъян на теле? Уродство? Болезнь? Я предполагал что-то страшное, вроде сифилиса, и пережил две нелегких ночи. Я не на шутку испугался за Сашеньку; в конце концов я решил, что в любом случае буду вместе с ней, что бы не случилось. Поэтому я позвонил ей и поклялся, что не разлюблю ее, даже если окажется, что она - шлюха, зараженная всеми существующими болезнями. Сашенька грустно рассмеялась на это и сказала, что все гораздо хуже, - но разрешила приехать. Полный самых страшных предчувствий, я поехал к ней.

Она встретила меня в халате. Я, увидев ее, прижал ее к себе, чуть не плача, и спросил ее о том, что мучало меня: у нее - какая-то неизлечимая болезнь? Она умрет? Саша замахала руками, и у меня немного отлегло от сердца. Она сказала, что сейчас я все сам увижу: она поклялась не раздеваться ни перед кем и никогда, но - так

Рейтинг: (+343 | -197)